"Тюрьма" интернет-приложение к журналу "Индекс"


раздел Малолетка

Из писем и сочинений малолетних заключенных

"Люди в форме, собаки и автозаки"

Жизнь - это очень сложная штука. В которой очень много "за" и "против". Где человек падает, и поднимается, и заново начинает идти. Проходит через тяжелое и легкое время, то есть в жизни существуют определенные этапы. Вот и до стен тюремных, я бы подумала, что в этом слове ничего страшного нет. А на самом деле, за ним скрывается очень и очень много мерзкого.

Если мне задается такой вопрос: "Как доехала и какие были твои этапы?", я отвечаю, что ужаснее в жизни ничего не видала. Люди в форме, собаки и автозаки - это не самое страшное. Хотя и на долгое время запомнится.

Если человек в своей жизни совершил ошибку, это не значит, что он не человек, с которым можно обращаться, как с животным или даже хуже. Когда я ехала сюда, я в первый раз в своей жизни увидела "столыпин". "Столыпин" - это вагон, прицепленный к поезду, в котором вместо купе - нары и решетка, в котором темно и грязно. Перед этим я долгое время отсидела в сызранской тюрьме, два года не видела нормального обращения, света и людей. Не говоря о военных, у которых вместо сердца - камень, а вместо души - пустое место. Которые видят только свою работу, а заключенные - это нечисть. Так вот, до поезда я ехала на автозаке (грузовик, разделенный на две камеры с решеткой). Доехав до перрона, и чтобы дойти до поезда маршрутом "Самара - Рязань", надо пройти через 5 путей, где много народу, и все смотрят, всем интересно. А я, как назло, ехала одна. Пока я прошла весь этот путь, я не могла поднять даже головы. Не оттого, что я заключенная, и что сижу по статье 105, 162, а потому, что как меня видели люди. Я среди двадцати и больше, возможно, военных, собаки. И одна беззащитная малолетняя девочка. А если посмотреть на них, в голове проскользнет такая мысль, то есть вопрос: неужели у них нет жалости? Видишь только насмешки, подколки и... Такое ощущение, что в тебе увидели шута, над которым можно делать все, абсолютно без исключения. У этих людей нет предела. Около поезда я отстояла около 30ти минут, пока они разобрались с бумагами и другими заключенными. У них все это быстро, при помощи дубинала или "черемухи". Это такой прибор, от него очень сильно режет глаза, текут слезы и очень тяжело дышать. С поезда и в него приходится не выходить или заходить, а забегать или запрыгивать. А там, если будешь медлить, то дубиночка твоя.

Зайдя в камеру столыпинскую, я увидела очень много лиц, который смотрели на меня с большим любопытством, наглостью, сожалением, или наоборот, то есть взглядов было очень много, и все они разные. А так, когда познакомилась с ними поближе, такие же, как и я. Нас связывает лишь одно - они тогда ехали аж с самого Челябинска. Долгое время не пили и не выходили в туалет. Мы стали просить, чтобы хотя бы вы принесли нам воды, но в ответ слышали, чтобы мы заткнулись. Мы кричали, что они не правы, что они обязаны нам дать воды, но, опять же получали в ответ: "Нас это не волнует". То есть они всяко игнорировали нас.

Ехали мы около 10ти часов или меньше. Но было ощущение, что не только лишили свободы, но и голоса и каких-либо человеческих прав. Чувствуешь себя таким униженным человеком, стараешься отогнать эти ужасные мысли от себя, но не получается, так как они своими моральными подковырками заставляют это сделать.

Когда мы приехали, то стали готовиться на посадку. Везде, конечно, все по-разному. Разные тюрьмы, разные люди, все-все разное, абсолютно все. Но обращение то же. Что было очень-очень плохо, так это то, что когда мы приехали, нас часов 6 продержали в таком темном чулане, где тараканы, нечем дышать и так далее. Посидев там, нас тщательно обыскали. Это было молодая девушка лет 23х, у нее на руках были одеты медицинские перчатки. И когда она осматривала нас, она так небрежно кидала вещи - обращение ужасное. Потом была баня, которую можно было свободно назвать "лягушатник" (холодная вода, грязь, скользко). Завели нас в камеру, где девчонки, обычные девчонки. А через сутки вновь "столыпин".

Когда мы были от Нового Оскола в получасе, мы сидели на этих нарах, и нам было уже все равно, куда и как мы едем, так как безразличие, так как хуже этих "столыпиных" нет ничего. А к нашему, то есть к моему большому удивлению, приехав сюда, я увидала, то есть почувствовала, отношение очень даже хорошее. Сотрудники относятся, как к детям. Я, если честно, не могу говорить, что вот эти замечательные люди, сотрудники, которые носят такую же форму, я не назову это раем, но, во всяком случае, в отличие от всего, что было у меня до ВК-4, здесь жизнь, а не существование. Здесь нас за людей считают, а это - самое главное. Вот такой была моя поездка Самара - Рязань, Рязань - Воронеж, Воронеж - Новый Оскол. Спасибо, что выслушали меня !!!

Дальше

Этот отрывок выбран случайно. Все остальные содержатся в трех файлах:
Голоса c малолетки, Дети в тюрьме [1] и Дети в тюрьме - 2 [1].